|
День девятнадцатый.
|
к содержанию |
Спуск с перевала Карузо. Срыв на склоне и травма Гали.
Спуск с перевала - снежный карниз, отвесный несколько метров. Затем - крутой, снежный склон. Пройдя сотни две метров вниз сорвалась Галя. Заскользила по снежному кулуару, который выели скользящие по склону камни. Метров 70 она скользила "нормально", ногами вниз, но только не могла остановиться. Затем, развив большую скорость, начала кувыркаться и выкатилась на скальный осыпной выступ. Раздался крик: "Нога, наверное, сломана!". Нога, действительно, у лодыжки была неестественно свернута на бок. Постепенно группа собралась на скальном выступе вокруг Гали. Стали думать, что делать дальше. До пологой части ледника было 800м крутого (45°) спуска. Начальник сделал Галине обезболивающий укол (впервые в жизни) и распорядился, чтобы я, Беляев, Берестецкий и Клопов навесили вниз веревки. Мы повесили 40+40+40+80м. Дальше понесли рюкзаки вниз без веревок... Подъем затем налегке к месту нахождения пострадавшей занял больше часа. Галю засунули в спальник, предварительно иммобилизовав ногу. Под спальник подложили два коврика, завернули в целлофан, обвязали, и, пристегнув веревку к обвязке на спине, стали спускать, выпуская веревку. Спуск до бергшрунда продолжался до темноты (до 22 часов). Уже в темноте натянули перила через бергшрунд и по воздуху перетолкали Галю на ту сторону. Дальнейший спуск продолжался в темноте. В это время часть людей челночила с рюкзаками. Никто не считался с усталостью, это были настоящие спасработы. Часам к 12 ночи спустились на пологую часть ледника, поставили палатки, сварили чай и легли спать.
|
|
День двадцатый.
|
к содержанию |
Встреча групп. Транспортировка пострадавшей.
Утром часов в 10, начав варить чай, мы увидели группу Л. Михайлюк, спускающуюся с перевала Учебный (2Б. 4300м). Вскоре быстроногие олени Панченко и Дилалов уже были около нас. Затем подоспели Коновал и Михайлюк, а последними Щербинин и Варавин. Напоили их чаем и решили транспортировать пострадавшую вместе. Обвязав ее как вчера, стали нести ее вниз по четверо. Это было тяжело, поэтому несли, каждая из 3-х четверок, не более 2-3 мин. Так прошли несколько километров до начала ледопада. На ледопаде, на крутых ледовых склонах, Самуся и Дилалов несли ее на спине поодиночке, посадив в связанную в два кольца веревку. После ледопада, по леднику, покрытому камнями, несли по двое на тех же кольцах веревки, надев их на шею. Это было тоже тяжело. Так транспортировали Галю до места слияния двух ледников: Учебного и Арчабаши. Здесь, среди больших камней, поставили лагерь обе группы. Быстро стемнело. На завтра планы были обширные: дружественной группе идти за заброской на горячие ключи, а нам - еще дальше за ишаком или лошадью, чтобы оттранспортировать Галю в населенный пункт, а ближайшим населенным пунктом был небезызвестный Зурбаган.
|
|
День двадцать первый.
|
к содержанию |
За заброской и помощью на Горячие ключи.
Утром Самуся, я, Винников, Берестецкий и Туголуков с рюкзаками пошли вниз к Горячим ключам. Группа Михайлюк ушла налегке чуть ранее за своей заброской туда же. Затем они вернутся с заброской и пойдут на плато Космонавтов, на пер.Охотников (1Б*). Откуда тут такие перевалы - непонятно. Галя, Клопов, Беляев и Варавин - остались в лагере. До Горячих ключей мы шли вниз по реке Арчабаши часа четыре и, наконец, увидели их. Там сидели Коновал, Дилалов, Щербинин и Михайлюк и помытые, распаренные пили зеленый чай, закусывали лепешками и своими продуктами, а киргиз - молодой парень, им прислуживал. Рядом стояла лошадь. Сцена производила впечатление (запечатлена, как фрагмент коллажа). Идиллию нарушил вечно голодный Берестецкий, который набросился на них и стал хватать куски из-под рук. Вдоль со склона текла горячая вода. Это целительные радоновые горячие ключи. На склоне - несколько ванн, сделанных из камней. Сделана парилка в том месте, где из земли идет горячий пар - небольшой каменный кош. Мы побросали вещи за кошем. Быстренько искупались. Группа Михайлюк ушла на свою стоянку. Я и Винников рванули вниз, в Зурбаган за лошадью. Минут через 10 мы встретили караван: два ишака везли вещи 4-х немцев. Их сопровождали киргизы. Эта экспедиция шла на Горячие ключи. Мы вернулись и договорились с ними, что завтра утренним ишаком доставим Галю на Горячие ключи. Вечером имели беседу с немцами. У них такие же карты Памиро-Алая, как и у нас, плюс американские, цветные, сделанные со спутника. Они из ГДР, из Дрездена (в момент, когда я печатаю эти строки, ГДР уже не существует). Ночевали за кошем, под открытым небом.
|
|
День двадцать второй.
|
к содержанию |
Транспортировка Гали на ишаке по ущелью р.Арчабаши.
С рассветом я, Винников и Берестецкий побежали вверх с киргизом-погонщиком. Расстояние 10-12км мы преодолели не меньше, чем за 3.5 часа. Тропа очень плохая, подъем вверх. Часть пути по леднику ишак до пострадавшей не дошел, т.к. это оказалось для него слишком сложно (разломы льда). Посадили Галю на Ишака и пошли вниз. Эта эпопея длилась несколько часов. Галя плакала, кричала, падала с ишака, билась в истерике, но все-таки мы ее доставили на Горячие ключи. Здесь собралось много киргизов из Баткена и Зурбагана. Они угостили нас пловом, в котором целиком в кожуре были запечены головки молодого чеснока, красный перец, морковка. Было очень вкусно. Мы угостили киргизов украинским борщом (приготовленным из консервов), которого они еще никогда не ели. Я попарился в парилке. Спали здесь же, за кошем. Галя подарила Оразу (так звали киргиза) подзорную трубу Туголукова. Боялись, что ночью будет дождь, но напрасно.
|
|
День двадцать третий.
|
к содержанию |
Перевал Осыпной (Обходной).
В 7 ч вышли на перевал Недоступный, который потому и назван Недоступным, что подступы к нему замкнуты другими перевалами. Один из них - перевал Осыпной, который мы идем сейчас (в книге Л. Максимова "Горные путешествия по Высокому Алаю" он (вроде-бы) назван Шудман-2 (1Б). Возвращаемся вверх по Арчабаши к выходу каньона Недоступного. С виду он непроходим. По снежному мосту переходим на другую сторону Арчабаши и начинаем подъем по крутому, осыпному кулуару длиной метров 600. Заканчивается он 30-метровой вертикальной скальной стенкой. В правом углу - узкий камин с пробкой. Именно по нему вылазила когда-то наверх группа Говоренко (Донецк), по описанию которого мы и идем. Мы поднимаемся левее, повесив веревку. В одном месте мне пришлось вытягивать свой рюкзак, а затем и Туголукова. Наконец, мы на перевале Осыпном. Сверху пройденный путь смотрится мрачным многосотметровым колодцем, образованным отвесными скалами. Затем мы преодолеваем три гряды рыхлых скал, разделенных осыпными кулуарами, и спускаемся 30м по веревке на крутую осыпь, ведущую к леднику. Это на 200м ниже края ледника. Есть площадки для ночевок. Ледопад выглядит устрашающе. Слева колоссальный ледопад, справа - ледник более пологий. Вода довольно далеко от площадок (речка стекает с ледника) - минут десять лазанья по крутой осыпи. Начальник отказался выдать народу по колпачку, ссылаясь на то, что завтра идти ледопад. Чувствуя слабость своей позиции, народ не настаивал.
|
|
День двадцать четвертый.
|
к содержанию |
Ледник Недоступный.
Как всегда, после завтрака, начали подъем на ледник Недоступный. Вначале поднялись влево под скалы и там вступили на ледник. Несколько часов поднимались по леднику вверх не имея возможности перейти на правую часть ледника, которая стала более пологой, чем левая. Наконец зашли в ледопад так, что в одном месте битых два часа не могли найти проходы через сераки и трещины. Но, наконец, проход был начальником найден и мы вышли на пологую правую часть ледника, по которой до темноты (до 21.30) поднимались к перевалу. В верхней части ледника, где он выполаживается, область метров 400 покрыта лавинными выбросами со склонов вершины Снежный Шатер (5529м) и ее заднего отрога. С левого борта ледника вздымаются отвесные перьевидные скалы. Ледник Недоступный, по-видимому, самый протяженный в Алайском хребте (длина основной ветви 13-15км). Начинается он между северными склонами Снежного Шатра и гребнем хребта, который поворачивает здесь снова на восток. Опускаясь, ледник обрывается красивым ледопадом на 250м, принимая справа большой разветвленный приток, и заканчивается не доходя до ущелья реки Иштансалды несколько километров. На Недоступный известен ряд путей, но все они сложные.
Не дойдя метров 200-300 до перевала мы заночевали на снегу. Уже в темноте ставили палатки и варили ужин. Здесь я по ошибке разбавил кисель 300-ми г спирта (думал, что во фляжке вода). Когда ошибка выяснилась, это не вызвало на меня особых нареканий, т.к. мы слили спирт с растворенным киселем и выпили его. Оставшуюся кисельную гущу заварили как кисель и выпили. В итоге на рыло получилось спирта столько, сколько б начальник не выдал. Ночью было очень холодно, т.к. палатки стояли на снегу и на большой высоте.
|
|
День двадцать пятый.
|
к содержанию |
Перевал Недоступный (3А, 4500м).
Нам понадобилось 40 мин., чтобы от места ночевки дойти до перевала, представляющего собой небольшой цирк с углублением. Сфотографировались. Долго искали в разрушенных скалах записку. С другой стороны спуск начинался снежным карнизом и крутым скально-снежным склоном метров на 300, по которому мы спустились без происшествий и попали в грандиозный цирк, замыкающийся справа массивом Снежный шатер, а слева - хребтом с перевалами Тильбе (2Б-3А) и ИАЭ им. Курчатова (2А). Перевал Лунный почти рядом прячется в отвесных перьевидных скалах. Пересекаем цирк, держась влево под склоны хребта (для обхода ледопада). Затем, по крутым каменисто-травяным склонам спускаемся на гигантскую длинную морену. Дальнейший путь по морене занял несколько часов. Миновав место, где сливаются ледники Недоступный и ледник с перевала Лириков и Физиков, мы в кармане морены остановились на ночлег. Вокруг много родиолы. Немного покопали ее. Место очень красивое и хорошее. Много травы, есть чистая вода. На ужин приготовили манную кашу. Не помню: было ли выдано по колпачку или нет. Ночью очень ярко светила полная луна, как в видеофильмах об оборотнях. Спали мы беззаботно, не ведая, что впереди нас ждут очень серьезные испытания.
|
|
День двадцать шестой.
|
к содержанию |
Начало подъема на перевал Вынужденный.
После завтрака продолжили спуск по морене и к обеду подошли к скальному глубокому каньону, которым замыкается ущелье. Каньон, ведущий на автомобильную дорогу у курорта Тандыкуль, непроходим. Перевал Вынужденный - это путь обхода устьевого каньона долины через левый отрог. Он имеет перепад высот 800-900м и обрывается в долину рыхлыми скалами (40-450) с сухими кулуарами (стоки вешних вод). Гребень отрога круто (30-350) ступенями снижается в сторону Иштансалды. Одна из ступеней (в зависимости от выбора пути) может оказаться перевальной. Перевал Вынужденный по классификатору классифицируется как 1Б, а в отчете Говоренко - как 2Б, а в книге Л. Максимова (стр.9) - как 3А. Дальнейшее прохождение перевала показало, что он никак не меньше 3А. Найти те кулуары, о которых говорится в отчете Говоренко, нам не удалось, т.к. нижняя часть скального отрога обрывалась к реке очень крутой осыпью и спускаться туда нам казалось нецелесообразным. Мы прошли по морене до ее пересечения со скальным отрогом и начали подъем по скалам вначале без веревки, а затем стали вешать перила. Зная, что выше воды не будет, мы набрали с собой 6 фляжек - все, имеющиеся в наличии. Часам к 22 вышли на скальный выступ, где было много сухой арчи. Оказалось, что у нас из 6 фляжек с водой осталось 3. Сварили шиповник так, чтобы каждому досталось по 100 г. компота и по 100 г. осталось на утро. Спать легли без палаток, кто где примостился. Клопов спал пристрахованный, я одел всю свою одежду на себя и лег не укрываясь на коврик. Ночью мне стало холодно и я вначале укрывался жилетом, а затем одел на себя четвертые штаны - джинсы, но все равно было холодно. Тогда я попросил у Клопова спальник, после чего уже не мучился от холода. Всю ночь я жевал по ложкам колючий жмых от шиповника, но он мало помогал от жажды.
|
|
День двадцать седьмой.
|
к содержанию |
Перевал Вынужденный (3А). Без воды.
После подъема выпили последние по 100 г. воды. Есть в сухомятку не хотелось. Полезли вверх. Жара, как назло, была испепеляющая. Перевала видно не было, видно лишь было, что до него еще далеко. Мучила жажда. Я стал срывать стебли и корни какого-то растения с большими белыми цветами, которое мы (скорее всего необоснованно) называли конским щавелем, и жевать их. Они сочные, но кислые на вкус. Стало печь язык, но удержаться было трудно. Моему примеру последовали другие, но не все. Часов в 16 изнуренные жарой, жаждой и усталостью, Беляев Клопов и я упали и заснули в тени большого камня. Берестецкий спустился немного вниз и где-то продолжал подъем без веревки по крутому зеленому перевалу к перевалу. Самуся и туголуков навесили несколько веревок. Очнувшись, мы продолжили по ним подъем и вышли на зеленый осыпной кулуар, где начали подъем без веревок и который, чувствовалось, уже должен был вывести к перевалу. Так оно и оказалось. Он выводил в цирк с невысокими (100-150м) замыкающимися склонами. В сумерках мы выползли на, наконец, на крайнее справа понижение на склонах, которое оказалось каким-то перевалом. Записка 1986 г. группы прибалтов утверждала, что это и есть долгожданный перевал Вынужденный. Прибалты поднимались на него с другой стороны. Вокруг было много родиолы. Берестецкий, ожидая нас, накопал ее. Начинало темнеть. Вниз вел крутой осыпной спуск, затем сильно заросший травой осыпной склон, ведущий к реке. Съели по два куска сахара и начали спуск. Вскоре стало совсем темно, а до "зеленки" спустились только Берестецкий, клопов и Беляев. Я, Самуся и Туголуков, закрепились на склоне и стали ждать выхода луны, чтобы спускаться при ее свете. Когда луна вышла, мы спустились до скал на противоположной стороне травянистого склона, где нас поджидали ушедшие вперед. Здесь и заночевали без воды, устроившись кое-как кто где мог. Уже несомненно, что воду мы будем пить завтра.
|
|
День двадцать восьмой.
|
к содержанию |
К воде. Курорт Тандыкуль.
Поднял всех Туголуков, когда только-только стало светать и стал требовать идти пораньше вниз. Как это потом оказалось правильно. Не готовя ничего стали спускаться вниз. Не сложный в общем-то спуск давался тяжело. Жажда. Видно было, что все устали за поход. Через несколько часов уже под палящим солнцем, вышли к Таджикскому летнему поселку у слияния рек Иштансалды и Агаюрмы, состоящему из нескольких юрт. Таджики нас встретили приветливо, без счета поили айраном, зеленым чаем, кормили лепешками и чем-то горячим, похожим на сметану. Берестецкий выпил 4 большие пиалы айрана м пошел блевать. Примерно в километре от этого места горячие сернистые источники - курорт Тандыкуль. Идти туда с рюкзаками мы уже не могли. Тут как раз подъехала машина, которая в 16 часов будет ехать в Джиргаталь, куда нам и надо было. Мы погрузили в нее рюкзаки и договорились с шофером, что он заедет за нами на Горячие источники, а сами без рюкзаков поплелись туда. Источники действительно очень горячие (95°), есть чайхана, домики, баня, палатки. Мы искупались в бане (ванна - 50 коп с человека), выпили много воды. Приехал милицейский УАЗик с местным начальством. Часов в 17 выехали в Джиргаталь. Поездка была ужасной: пыль, грязь, тряска. Не доезжая до Джиргаталя нас высадили и пришлось ловить другую машину. В Джиргатале мы прошлись пешком и в райцентре подошли к гостинице. Самуся и Клопов пошли в гостиницу аэрофлота, где нам было бы предпочтительнее остановиться. Вскоре они вернулись, места есть и мы пошли и устроились. Гостиница сделана в виде вагончика, чешского производства, номера на двоих, все обделано деревом. Вечером мы отметили поход сухим вином. Рядом гуляла группа из Ленинграда, у которой погибли люди на пике Ленина. Они всю ночь пели песни.
|
|
форум | инфо | рейтинг
