|
Маршрут.
|
к содержанию |
|
Симферополь - пер.Ангарский - Изобильное - пер.Чучельский - Алушта - Гурзуф - Ялта - пер.Ай-Петри - Соколиное - Бахчисарай - Симферополь.
|
|
Состав группы.
|
к содержанию |
Леша Бурцев - руководитель. /комментарии серым/.
Андрей Дирочка.
Оля Вазюкова.
Анка Чернобыльская.
Антон Крупенников.
|
|
Предисловие.
|
к содержанию |
|
Когда вспоминаешь этот поход, перед глазами встает следующая картина:
Покупаешь портвейн - едешь в гору - выпиваешь портвейн - спускаешься с горы - покупаешь портвейн... Этот маршрут мы планировали еще на весну 95-го года. Но из-за хронического безденежья и прочих неурядиц вырваться в Крым удалось только год спустя. В нашей компании признанный специалист по Крыму - Леша Бурцев. Наверно, он не пропустил (увы, пропустил) ни одного года, чтоб не сходить в Крым, правда, как правило пешком. Как наиболее знающему местность, ему и выпало руководить группой (на самом деле это мне сказал Антон - ну, подумал я, если человеку нужен руководитель, отчего не сделать ему приятное...).
Во избежании проблем с водой, Леша решил идти ранней весной. Оля, тоже неплохо знающая Крым, эту идею поддержала. Я на всякий случай позвонил в Ялту, в горно-спасательную службу, и там мне подтвердили, что снег уже почти сошел, и проблем быть не должно.
|
|
День первый.
|
к содержанию |
Когда вечером накануне позвонил Антону, услышал довольно забавную фразу в ответ: "Леша, позвони попозже, они дрыхнут". Собираться было очень лень, да еще "Солярис" по телевизору показывали. Набил в рюкзак 20.5 кг. и в 3:30 ушел спать.
Договорились встретиться за 40 минут до отхода поезда под часами на Курском вокзале. Собрались все, кроме Леши. За 15 минут до отправления перебазировались к поезду и стали грузиться. За 3 минуты до отхода прибыл и командир. Вовсе нет, под часами я был с вполне приличным запасом, в 8:36, но и в голову не могло прийти, что кто-то уже успел приехать, подождать меня и уехать дальше. (Я ушел в 8:45, а поезд - 9:25). Потом действительно запутался с объездом путей, но мне еще успели купить на платформе вязаные перчатки у какой-то бабки "только что с зоны".
А еще нас провожали Маша и Марина.
Целые сутки ехали. Ничего примечательного за это время не произошло, я так почти всю дорогу отсыпался.
Да, а я слушал объяснения попутчицы про промилле как единицу измерения высоты. В коридоре табличка висит с таможенными пошлинами, вместо "i" на машинке печатают "I".
В общем в Твери, Орле и Курске мы пили пиво соответствующих заводов, т.е. в Туле, Твери, понятно, не было.
В Скуратово нас прицепили к ЧС-2 1971 года рождения, 4.2 МВт, 3 кВ, 160км/ч, повез скоро, одно загляденье. В Харькове к Дире подошла какая-то девушка, оказавшаяся его 2-юрдной сестрой.
|
|
День второй.
|
к содержанию |
Поезд прибыл около 11 (точнее, 12:45 по Москве, оно же местное, украинское только на билетах печатают, что мы только потом узнали). Пиво - 55, курс 37.5, доллар 191. Билеты взяли на 2 ночи 22.04. Тут же выяснилось, что у Оли по дороге спустило колесо. Меняли камеру, Леша бегал за портвейном, (сурож, по 280) потом покупали обратные билеты - выехали только в 3-м часу. Дорога к морю идет среди живописных холмов. Дорога кажется совершенно ровной, но едется очень тяжело. Скорость 13-16км/ч. Сначала все с беспокойством поглядывают на накачанность шин, потом приходим к выводу, что это просто эффект первого выезда в сезоне, сказывается отсутствие тренировки. И только когда увидели ручей, стремительно несущийся нам навстречу, поняли - дорога идет в гору. Эффект приподнятого зрительного горизонта.
Очень холодно. С нетерпением ждем села Перевальное, где должна быть обещанная Лешей чебуречная. Наконец, приехали. Но чебуречная наглухо заколочена досками. Делаем перекус самостоятельно.
Специально купленная к этому походу газовая горелка (CG-206) едва фурычит. В конце концов не выдерживаем и пьем не вскипевшую воду, заедая ее печеньем. Вообще-то дубняк, с +9°C опустилось до +7°C. Холодно, поэтому Леша пытается достать портвейн, но его удается остановить.
Едем дальше, уже приглядывая место для бивака. Холмы сменились горами, впереди уже показался Чатырдаг. Встаем на ночлег в 200 метрах от дороги направо, перейдя через горную речку по мостику около станции гидрологического контроля. Место очень приятное, немного портит его ЛЭП, но зато, благодаря ей, много ровных участков для палатки.
Разводим костер, отогреваемся, ужинаем. Температура уже явно ниже нуля (+4°C), но у костра жить можно. Выпили бутылку портвейна. Леша ругается, что ему не дали закупиться бухлом по полной программе, и остается скучать у костра. Мы же отправляемся спать.
Вскоре в палатку забивается и Леша. Забыв закрыть ее на ночь. Под утро Дира начинает давать дуба и тумаков Леше.
|
|
День третий.
|
к содержанию |
Утро ясное и холодное. Разводим костер, к нему тут же слетаются птицы - тоже замерзли. Леша и Оля еще дрыхнут. Я иду прогуляться по окрестным холмам, а когда возвращаюсь, застаю Анку и Диру в обществе лесника. Нам предъявляются претензии, что костер разведен из слишком толстых палочек, и вроде как мы подлежим за это штрафу. Узнаю размер - и получается феерическая картина: по тысяче с человека если платить ихними фантиками, и по 10 - если рублями. С цифрами у лесника явные нелады. Из-за пяти рублей ругаться себе дороже, но вот только украинская валюта вся у Леши. Минут 15 пытаюсь его разбудить. Он бормочет сквозь сон, чтоб я послал лесника на... (еще бы, когда тебя будят словами - быстро давай деньги, пока лесник обсчитался), и продолжает спать дальше. Но все же требуемую сумму 200000 удалось стрясти и отдать (без квитанции), опосля чего лесник уже завел с нами дружескую беседу и посоветовал заехать в Алушту. Чтоб получить пропуск в заповедник и не нарываться дальше на неприятности. Заодно узнаем, что мы уже в двух шагах от перевала - а мы то думали, что за вчерашний день высоты почти не набрали. Лесник продолжает снабжать нас всяческой полезной информацией, но тут таки выползает Леша и пробует запоздало послать лесника. После чего посылает нас, когда мы пристаем к нему с идеей оформить пропуск. Типа я там 20 раз без пропуска был, и в 21 буду. Ну да, могу и теперь запоздало признать - времена меняются, не надо соваться на велосипеде в заповедник без пропуска. А штрафовал он нас толи за толстые полена в костре, толи за сам костер.
Выезжаем к перевалу. Уклон делается больше, и минут через 20 останавливаемся отдохнуть - Оля с Дирой устали. Наблюдаем великолепный вид Чатырдага, только не радует, что уж больно много снега. Стаять то он стаял, но за 3 дня до нашего приезда его вновь полтора метра навалило.
Вкатываемся на перевал. Гаишники-Даiшники просят нас быть поаккуратнее на спуске - уклон там процентов 10-12. Понеслись вниз. Крутых виражей нет, покрытие отличное, скорость можно смело держать 60. Иду направляющим. Сразу за мной - Анка и Дира. А вот Оля и Леша здорово отстают. У поворота на Изобильное останавливаемся подождать отстающих. Интересуюсь у Леши, чего это с ним - обычно он на спусках про тормоза забывает, а тут... Говорит, что-то он потерял доверие к собственному велосипеду - вроде объективно все в норме, но все же что-то не так. Исследуем технику, и тут же обнаруживаем - не закручены гайки крепления переднего колеса. Да, опыт не пропьешь - Леша сразу почувствовал неладное. Не совсем так, Антон, ты эту гайку углядел на привале у поворота на Розовое, уже на подъеме ко входу в заповедник, минут через 40. Как сейчас помню: "А что это у тебя такое" - и Антон легко так двумя пальцами закручивает гайку на передней втулке. Попробовали испытать радиосвязь. Получилось, но оказалось бесполезным.
По местной шоссейке с крутыми подъемами проезжаем через Изобильное, обедаем на берегу ручья, и едем дальше в заповедник. Везде стоят щиты, запрещающие проезд, но мы их игнорируем. Узкая дорожка серпантином взбирается все выше и выше по живописному ущелью. Ехать на удивление легко, несмотря на приличный уклон. К 5 вечера взбираемся на 500 метров и подъезжаем к закрытым воротам кордона.
Леша дает команду сделать рожу кирпичом и идти через калитку. Но это не помогает - нас немедленно замечает и останавливает тамошний лесник, Коля Матун. Первый же вопрос - насчет пропуска. Узнав, что такового не имется, (Перевал закрыт, пошли вон... Да еще и пропуска нет.) Коля упирается вмертвую - не пущу! Примерно час уходит на переговоры, итог которых - мы платим 50 тыр, а Коля обещает связаться со следующими кордонами и договориться, чтоб нас пропустили.
Едем дальше. Набрав еще метров 300, подъезжаем к локальному перевальчику и спускаемся затем в долину реки. В этот момент нас нагоняет машина.
Новая разборка. На этот раз не с лесником, а с ЛЕСНИЧИМ - это у них более высокий чин. Этот уже неподкупен, хотя очередные 50 тыр с нас скачивает. И велит немедленно ехать вниз, а там зайти к нему за квитанцией. Пробует отнять у меня паспорт (Леша как сделал рожу кирпичом у кордона, так и не перешел в более коммуникабельное состояние), но это у него не удается. Спускаемся обратно к кордону. По дороге встречаем директора заповедника на белой Ниве, пытаемся договориться - полный бесполезняк, не то, чтоб он был уж больно враждебно настроен, но пропуск соглашается выписать только внизу, в Алуште.
Доезжаем до кордона и устраиваем разборку Коле. Но единственное, что он нам присоветовал - заночевать потихоньку, и ни свет, ни заря ломиться вверх - за Чучельским перевалом уже спокойно, там лесничие не шастают. С этого момента поход превратился в "зарницу".
Встали над кордоном, замаскировавшись по полной программе. За водой ходил с рацией - мне по дороге к ручью надо было пересекать шоссе, Леша занял наблюдательную позицию над ним и передавал мне, если какая машина появлялась на горизонте. Без костра пришлось обойтись, горелка же упорно не хотела не то, что кипятить, даже просто нагревать воду. В результате легли злые и голодные, Леша же остался дежурить около готовящегося завтрака. Видно, совесть его замучила, что за пропуском не поехал. То, что с супом сидел - правда, про совесть - неправда.
|
|
День четвертый.
|
к содержанию |
К утру, под неусыпным Лешиным наблюдением, завтрак сварился (вернее, отмок) и даже был слегка теплым. Быстро поели и рванули наверх, едва взошло солнце. Т.е. вышли бы в 8:30, если бы не сломалась у Оли трещотка, а так получилось в 9:00.
Моментально (через 1.5 часа) въехали на уже пройденный вчера перевальчик, спустились вниз и полезли к монастырю. Погода омерзительная, холодно, льет дождь, дорога скользкая. Тут Дира начал жаловаться на простуду и ругать Лешу за незакрытую в первую ночь палатку. Но тем не менее вверх мы двигались довольно шустро. Доехали до монастыря. Монахиня, встретившаяся нам по дороге, потребовала предъявить пропуск. Просто жуть - и они туда же! Как-то отбрехались и ломанулись вверх. За монастырем уклончик тот еще. Аж велосипед запрокидывает. Но ничего, въехали. Но Диру этот подъемчик, похоже, доканал. Темп резко упал, а вскоре он и вовсе перешел на пешкодрал. Дира накануне еще упал и разбил колено, так что отставал он в основном из-за колена. Но пешком у него получалось вполне прилично.
Так или иначе, но все же вылезли на предперевальный серпантин. Но лесничие тоже не лыком шиты - просекли, что из заповедника мы так и не выехали (а может монахиня таки настучала) - и под перевалом услышали шум мотора. Попытались спрятаться под склон, да куда там - склон очень крутой, на него не выезжать, а выползать надо. Короче, хоть и попрятались, но так за собой "наследили", что выловили нас моментально. Злобные лесничие выслали за нами бригаду из ментов и горноспасателей, от этих не скроешься. Горноспасатель представлял собой сухонького старичка лет 80 с какими-то лесными кубиками на мундире. Вообще-то они сказали, что ехали в обход, проверять ружья у лесников.
На вопрос кто тут в группе старший Леша не счел нужным среагировать, (я что, нанялся решать чужие проблемы? Им нужен какой-то старший, это не моя проблема, мне он не нужен), а т.к. переговоры вел преимущественно я, у меня паспорт и отняли. Велев забрать его в управлении заповедника.
Сходил пешком до перевала - совсем рукой подать, за 3 минуты добежал. Правда, как я посмотрел, за ним нам все равно ничего не светило - на северном склоне дорога полностью скрывалась под многометровым слоем снега. Антон, северный склон - это как раз наш склон, из твоей фразы читатель может сделать неправильный вывод: что ты добежал не до 3-х метровой плюшки снега на дороге, которая была видна с места нашего останова, а до самого перевала. Если же говоришь о северном склоне яйлы - ты прав безусловно. Пакет (лесничий), при виде нас совершенно рассвирепел, хотел взять еще по 300, но выслушав всю историю, смягчился.
Поехали вниз. Не доезжая Изобильного перекусили и продолжили спуск. Кажется, это был самый скоростной спуск в моей жизни. Абсолютно прямая и ровная дорога, стремительно падающая от Изобильного к Алуште - стоит отпустить тормоз, и тут же ощущаешь себя стратегическим бомбардировщиком. Держу скорость 60-70, тут мимо меня на дикой скорости проносится Леша. Скорость, наверно, 90. Ну, думаю, сумасшедший... И тут вижу, как за ним следом в том же темпе летит Анка! Орать на такой скорости бесполезно, пришлось отпустить тормоза и броситься на перехват. Догнал, притормозил. Потом чуть не прибил за такие фокусы. 90 - это все же не для велосипеда скорость.
В дирекции заповедника с нас в очередной раз скачали денег 1000000, да еще в придачу к паспорту долго пытались всунуть какое-то ружье, якобы у нас отнятое. Долго объясняли, что мы туристы, а не браконьеры.
Выезд из Алушты в сторону Ялты - совершенно омерзителен. Длинный вонючий тягун, забитый грузовиками и троллейбусами. Медленно пилим вверх, Дира периодически пытается дать дуба. Встаем километрах в 12 от города в долинке ручья, в 100 метрах от дороги. Место довольно паршивое, но выбирать собственно не из чего.
Дира просит дневку. Правда, смотрится он не столько больным, сколько уставшим, и слезучи с велосипеда сразу оживает. И место паршивое, да и до Ялты уже рукой подать. Решаем, что на следующий день попробуем доехать до Ялты, и если Дирино состояние не улучшится, снять там комнату и дать ему подлечиться. А по мне место было совсем ничего, такая полянка с посадками елочек и кипарисов, под дорогой, но трассы не видно.
|
|
День пятый.
|
к содержанию |
Выезжаем в сторону Гурзуфа. Скоро попадается ответвление на параллельную шоссейку, машин на ней практически нет, поворачиваем. Дискутируем вопрос об объемах закупки портвейна, в результате разногласий портвейн не покупается вовсе. Дира начинает заговариваться, падать, нести всякий бред. Да, у Диры с утра пропал голос, а у магазина - дар речи. Хотя там был портвейн белый за 240 и портвейн красный за 490, нужны были только деньги. Дальше ехать невозможно, встаем прямо на подболоченной обочине. (В Пушкино свернули на старую дорогу, после обеда пошел дождь, решили стоять, палатку поставили прямо на заросшем травой асфальте, колышки туда, естественно, не втыкались, растянули на камнях. Диру засунули внутрь.
Накормили Диру азитромицином, Анка пожертвовала ему свой особо теплый спальник. Через пару часов Дира начинает подавать признаки жизни (жрать просит). Решаем, чего с ним делать. Мне кажется оптимальным отвезти его в Симферополь и срочно отправить в Москву, т.к. периодически он совсем плох. Но Дира категорически против, да и Леша эту идею не особо поддерживает. Договариваемся простоять день на этой поляне. Дождь все не прекращается. Обед плавно перешел в ужин, попытался сгонять за портвейном, но не успел к закрытию. Зато осталось очень романтическое впечатление - в руке рация, голос Антона все слабее, и вот он совсем растворяется в эфире, вместе с призрачной стоянкой, обрушенным мостиком и прочей мурой. А я не взирая ни на что иду к намеченной цели. Ну, не успел.
|
|
День шестой.
|
к содержанию |
С утра Леша с Олей уматывают на яйлу. Идея бросить жребий немедленно отвергается - Леша не видит причин оставлять кого-то в лагере при Дире, и считает, что мы можем сходить и вчетвером. Если же мы не хотим оставлять Диру одного - это наше личное дело, он в этом не виноват. Дира с утра выглядит совсем никаким, лежит в спальнике и не подает признаков жизни. Мы с Анкой, припоминая Валдай,[/color] остаемся в лагере злые, как собаки, и делаемся еще злее, когда сразу после отбытия Оли с Лешей Дира выпрыгивает весьма бодро из палатки и начинает носиться по окрестным горам в поисках красивых слайдов. С Лешей держим связь по радио - качество на редкость хорошее, несмотря на приличное расстояние и отсутствие прямой видимости.
Погода чудесная. Выходим в 10:30 из соседней долины, договорившись связываться по рации каждый час. В основном это получалось, особенно было забавно сидеть на выступе, уже через часа 2.5, и смотреть в бинокль, как Антон с Анкой возвращаются к палатке от дороги. С края яйлы (14:00) тоже получилось, а вот от газового клапана (15:00) и с Роман-Коша (16:00) - нет. Чучельский перевал - без снега, снег появляется только перед самой яйлой, зато потом - только снег, даже посмотреть страшно. Ветер, холод. Беседка ветров тоже в снегу. в 17:00 подошли к спуску, но связи снова не было. Начинаю эксперименты с выкапыванием крокусов (я хотел привезти домой крымские крокусы). 18:00 - какой-то бук с подписью, в 19:00 - ущелье с трубами. Под конец мы немного заблудились, если бы это было возможно, то точно бы заблудились. Погода мрачной и холодной была только наверху, а внизу и на склонах держалось все то же солнышко. Последние час-полтора шел уже в каком-то одурманенном от усталости и кислородных штучек состоянии.
К приходу Оли и Леши Дире опять поплохело. Я так и не понял, действительно ли ему так плохо было, или ехать на велосипеде надоело, но в лагере, пока речь не заходила о том, что пора двигать, он выглядел вполне прилично. По крайней мере, положенный час голодовки после приема азитромицына ему дается с большим трудом - все время требует жрать. Ставим ему условие - либо завтра едем, либо с тобой совсем дело плохо, и тебя надо отправлять в Москву. Дира решил ехать.
Леша настаивает на том, чтоб продолжать маршрут по плану. Я же, прикинув по времени, решаю что мы с высокой вероятность опоздаем на поезд и предлагаю сокращение. Леша стоит на своем. В конце концов, объявляю, что если увижу, что мы опаздывает, то беру Анку и сваливаю с ней в Симферополь. Это пугает Олю и Диру, которым очень не хочется оставаться наедине с Лешей, на Лешу оказывается давление и в конце концов он не выдерживает, соглашаясь на сокращенный вариант.
Засыпая, успел подумать, что настоящий кайф от велопоход - вот так пройтись без велосипедов...
|
|
День седьмой.
|
к содержанию |
Опять дождь. Выехали, и через полтора часа уже были в Ялте. Тут вдруг пешкодралом решила пройтись Оля - испугалась машин. Но в конце концов догреблись до набережной. 13:20. Вода +10, воздух +13 С. Блинная, обещанная Лешей, тоже оказалась закрыта, как и чебуречная. Купили портвейна, похавали в какой-то столовке. Леша отлучился минут на 20 и вернулся ну очень веселый, хваля Массандру. Попытались выяснить, как выехать из города к Ай-Петри - получили совет ехать все время вверх, что мы и сделали. Уклон Ялтинских улиц впечатляет. Мало где еще такое увидишь. На одном из поворотов замерил угол внутренней части дороги - 22 градуса! Не слезая въехали только мы с Анкой, но при этом очень несильно опередили идущих пешком. Наконец выбрались на верхнюю дорогу. И тут же по ней сбросили больше половины тех 400 метров, что набрали по городским улицам.
Интересная ситуация на выезде на верхнюю дорогу. В 10 метрах от поворота вниз, в Ялту, стоит жигуль. Увидев нас, из него вываливается в дупель пьяный мужик, и отчаянно просит затолкать машину на несколько метров вверх - бензин кончился за 10 метров до "перевала", а дальше он до дома накатом... Заталкиваем, машина несется вниз, пьяный мужик висит на двери хватаясь за руль, но в последний момент все же залезает внутрь.
Повернули на Ай-Петринское шоссе. Пытались заплатить за въезд в заповедник, но так и не нашли кому. Дорога очень красивая и пологая. Леша пообещал, что сразу за Учан-Су будет прекрасное место для стоянки.
У водопада проторчали больше часа, полазили по скалам, (скорее по лестнице без ступенек, ведущей к водопаду), дали Дире отдохнуть. Поехали дальше, уклон увеличился. Дира опять начал давать дуба, а Лешиного места все нет и нет. И воды нет. Да, ситуация становилась критической. Но только вперед. Назад пути нет - там разъяренная группа. Толи слышу, толи убеждаю себя, что слышу журчание ручья. Когда за очередным поворотом увидел мост, понял, что спасен. Но понял также, что не полностью спасен. Вода нашлась, но места для палатки - только кусок обочины на внешнем повороте. Рассудил, что на то он и серпантин, чтобы возвращаться снова и снова на некую вертикаль, по которой мысленно течет ручей (я тогда соображал все хуже и хуже и действовал исключительно от страха). И правда, через 100 метров снова мост и речка, но уже с местом. На всякий случай оставляю там велосипед и возвращаюсь пешком. На полпути встречаю Антона, тоже пешком. Затаскиваем людей и велосипеды, устраиваем восторженную разведку, находим кострище. Наконец попался ручей, на котором можно было неплохо встать на ночевку. Но Леша его забраковал, сказав, что его место гораздо лучше, и рванул дальше. Дире все хуже и хуже. Леша несет по рации какую-то чушь, мы медленно пилим дальше. В этот момент Дира начал отдавать концы и грохнулся с велосипеда. Чуть не матом по рации ору на Лешу, чтоб он возвращался, но тут он дает знать, что место все же нашлось, - правда, не то, похуже, но тоже сойдет. По частям переносим Диру и его велосипед к месту бивака. Бивак просто великолепен - горный ручей, сосны, красотища! Несколько омрачает ситуацию мощная туча, в которой мы находимся. Запихиваем Диру в палатку, пробуем развести костер - промучались больше часа, все дрова насквозь мокрые. Да, оказалось, что место часто бывает в облаке, и пока мы возились с костром, оно снова стало в облаке. Ужин начали делать с Антоном и Олей, а закончили уже только с Олей. В конце концов, справились, сварганили жратву и чай, выпили портвейну. Заставляю Антона пить портвейн, убедившись, что желающих вылезать из палатки больше нет. Съедаем еду, тут таки выходит Анка и допивает портвейн. После чего вылезает и Дира, которому уже ничего нет, заметив что ему уже ничего нет, он делает вид, что плюет в кан. Тут проснулся Дира, и приключилась история, описывать которую за давностью лет нет никакого желания. Дело кончилось грандиозным скандалом и взаимными обидами. Тем, что мы с Антоном покачиваясь идем за водой. +7°C.
|
|
форум | инфо | рейтинг
